Обаяние и харизма… Фелисити Лотт в роли Елены в опере Оффенбаха «Прекрасная Елена» в постановке Английской национальной оперы в 2006 году. Фото: Тристрам Кентон/The Guardian Рецензия Лотт/Джонсон (Hyperion) В начале этого года, после смерти Дамы Фелисити Лотт, мы потеряли поистине уникальное дарование. В этот бокс-сет вошли одни из лучших записей британского сопрано. Когда в мае этого года умерла Дама Фелисити Лотт, мир потерял поистине уникальное дарование. Сопрано, отличавшаяся непринуждённой элегантностью, Флотт, как её называли, чувствовала себя столь же свободно в немецком и особенно французском языках, как и в родном английском. Этот бокс-сет Hyperion из 10 компакт-дисков объединяет некоторые из лучших записей певицы за карьеру, растянувшуюся на полвека. Его составил Грэм Джонсон, который в 1976 году пригласил Лотт в ансамбль The Songmakers’ Almanac — новаторский вокальный коллектив, стремившийся исследовать малоизвестные уголки репертуара. Прежде всего — голос: инструмент, которому, кажется, не свойственно ничего неблагозвучного. Он никогда не расплывается и не отклоняется от ноты, сохраняя чистоту и блеск даже на музыкальных высотах. Затем — дикция, чёткая и ясная, соединённая с интеллектом, который раскрывает внутренний смысл песни без манерности и притворства. У Лотт всё было прямо и по существу, а каждое чувство передавалось тонко и искренне. Сборник открывает диск с Брамсом и Шуманом 1981 года, на котором участники The Songmakers’ Almanac предстают во всей своей изобретательности; послушайте безупречную технику Лотт в «Nachtwandler» Брамса или задорное очарование «Singet nicht in Trauertönen» Шумана. Далее следует прогулка от композитора к композитору по вершинам немецкой песни. Будучи непревзойдённой исполнительницей Шуберта, Лотт предлагает захватывающие интерпретации «Der Liebliche Stern», «Suleika II» и удивительно страстной «Auf dem Wasser zu Singen». В последней ей оказывает гибкую поддержку неизменно находчивый Джонсон: его упругая фортепианная линия струится и разрастается. В раздел Шумана вошли искрящиеся дуэты с Энн Мюррей, а в разделе Вольфа — фрагменты из «Итальянской книги песен» с покойным Петером Шрайером. Рихард Штраус был одной из самых близких Лотт стихий. Его оперные миниатюры демонстрируют её дыхательный контроль, фразировку и драматическое мастерство, а завершают их трогательные интерпретации «Ruhe, meine Seele!» и «Morgen». Не забыты и комедийные способности певицы: например, искромётный юмор «Der Hochzeitsbraten» Шуберта, где она и дерзкий браконьер Энтони Ролф Джонсон переигрывают доверчивого егеря Ричарда Джексона. Кабаретные песни, такие как «A Bar on the Piccola Marina» Ноэла Кауарда, звучат с обаянием и харизмой, наряду с более серьёзными английскими песнями Куилтера, Уолтона, Уорлока и Бриттена. Сборник завершается записью концерта «Падшие женщины и добродетельные жёны», состоявшегося в Уигмор-холле в 2005 году. Однако именно три диска с французскими мелодиями раскрывают Лотт как наиболее проницательную исполнительницу — от меланхолической задумчивости Шоссона до лёгких, словно окутанных ароматом, песен Гуно и Форе. В её интерпретациях Пуленка есть острая ирония и мудрость («La Dame de Monte-Carlo» — мастер-класс сдержанного отчаяния), а лёгкость в исполнении лирической линии дополняется безошибочным чутьём ко всему французскому. Джонсон связывает всё воедино своими эрудированными аннотациями к альбому, полными проницательных наблюдений и тёплых воспоминаний. Узнайте больше по этим темам Поделиться Повторно использовать этот материал