У Онуда Лида Бюггланна (36) в новой должности, похоже, не будет повода ждать много похвал. NRK удалось попасть на эксклюзивную передышку перед тем, как всё начнётся. До начала лыжного сезона осталось: дней часов минут секунд — Можно отстреливать молодняк и животных без ограничений по возрасту. Так что квота хорошая. С винтовкой в рюкзаке, берушей в ухе и в охотничьей одежде с ног до головы самый новый тренер национальной сборной приглашает NRK в самое сокровенное место. В воздухе моросит дождь, а над верхушками деревьев в Эйфьелле, в Западном Телемарке, стоит густой туман. На календаре конец октября, и это один из последних по-настоящему свободных дней у Онуда Лида Бюггланна перед началом лыжного сезона. — Возможно, это и правда последняя охота. Погода немного скверная, но мы всё равно идём напролом, — говорит Бюггланн и быстрым шагом направляется вверх по лесу. Цель — найти хорошее место для засидки и надеяться, что лось покажется. Сейчас ему нужно подышать, ведь зимой дел вполне может оказаться предостаточно. Работа мечты — Эйрик Мюр Носсум занимается этим уже десять лет. Он, кажется, говорил, что ему до сих пор ни разу не звонили люди или журналисты просто для того, чтобы поздравить с чертовски удачным составом команды, — говорит Онуnd Лид Бюггланн. Формирование состава на лыжные гонки, пожалуй, вызывает больше всего споров в течение сезона. Теперь 36-летний Онуnd Лид Бюггланн будет участвовать в принятии решений о том, кому разрешат выступать. Эту престижную должность тренера национальной сборной он получил всего за пару месяцев до того, как этим летом ему исполнилось 36 лет. — Я бы даже сказал, что у меня работа мечты. Я всю жизнь занимаюсь лыжными гонками. Так уж сложилось, — говорит Бюггланн. Но работа мечты — это не только радость и веселье. Во многих отношениях всё часто бывает ровно наоборот. Ведь на каждую лыжную гонку по всему миру, когда стартует Кубок мира по лыжным гонкам, число мест ограничено. И конкуренция, и споры становятся ещё острее, когда на носу крупные чемпионаты. В обязанности тренера сборной входит решать, кому именно разрешат выступать за Норвегию на лыжных гонках. Неблагодарная должность Бюггланн сам знает, каково это — оставаться за пределами сборной. И как спортсмен, и как тренер. Он много лет выступал сам, а в последние годы тренировал на уровне непосредственно под сборной. Бюггланн подтверждает, что и сам досаждал тренерам сборной, пытаясь добиться выбора, который считал правильным. — Интересно, кто теперь займёт моё место, — говорит Бюггланн с огоньком в глазах. — Вокруг отборов в норвежских лыжных гонках часто много шума: сильных спортсменов много, и многие считают, что шанс должны были дать именно им. Как вы будете с этим справляться? — Думаю, важную роль будет играть общение. В частности, появились новые правила, касающиеся квот на разные этапы Кубка мира. Важно хорошо объяснять, что означают изменения правил и как они могут повлиять на отдельные решения по отбору, — говорит Бюггланн. Вместе с другим тренером сборной, чуть более опытным Эйриком Мюром Носсумом, именно они принимают решение о том, кто будет представлять Норвегию. Похвалы ждать почти не приходится. Как правило, всегда можно найти кого-то, кто не согласен с принятым ими решением. — Я думаю, это говорит о вовлечённости. Так и должно быть. В тот день, когда людям станет всё равно, кто выступает, — говорит Бюггланн и на мгновение замолкает, а затем продолжает: — Думаю, это нехорошо. — По-моему, это звучит как своего рода неблагодарная должность? — Да, вполне может так обернуться, — говорит Бюггланн. — Охота — это жизнь В лесу Бюггланн быстрым, но бесшумным шагом поднимается по склону, пересекает несколько болотистых участков и взбирается на возвышенность. Он надевает ещё одну куртку, опорожняет мочевой пузырь и достаёт пару толстых варежек ручной вязки. Нужно приготовиться какое-то время сидеть спокойно; в воздухе прохладно. Он усаживается на небольшой складной табурет, который принёс с собой. Теперь ему хорошо видна небольшая поляна. Он кладёт винтовку на колени. Она готова к выстрелу, если по лесу выйдет идти король леса. Разговаривать приходится шёпотом, чтобы возможные лоси с хорошим слухом нас не заметили. — Место для засидки очень хорошее. Зверей часто немного подгоняют сюда вверх, так что всё может сложиться отлично, — с надеждой шепчет он. — Почему вы ходите на охоту? — Охота — это жизнь. Раньше я всегда ходил с дедушкой. Когда я закончил выступать на лыжах, осенью охоты стало много. Вообще, охотиться я начал довольно поздно, но, думаю, это похоже на тех, кто впервые напивается во время выпускных гуляний: потом всё только набирает обороты, — говорит он со смехом, а затем заключает: — В последние годы я много охочусь. — Как думаете, вы сейчас нервничаете больше, чем перед открытием лыжного сезона в Бейтостёлене? — Если я услышу, как внизу что-то хрустнет и появится зверь, то, конечно, это будет примерно как перед финалом спринта зимой. — Здесь можно немного научиться справляться с волнением, — говорит Бюггланн, устраиваясь на своём месте и ожидая, пока другой член охотничьей команды начнёт двигаться по лесу, чтобы, будем надеяться, выгнать лося к его засидке. — Крепкая команда В должности тренера сборной Бюггланн, напротив, должен помогать лучшим лыжникам мира достигать своих целей. Ведь именно он будет их тренировать. Йоханнес Хёсфлот Клебо, Харальд Эстберг Амудсен и Эрик Валнес — лишь несколько имён из списка. Это спортсмены, которые уже выиграли почти всё, что можно. Эйрик Фуре / NRK Харальд Эстберг Амудсен, лыжник сборной: — В команду пришёл крепкий состав. Похлопывать по плечу с первого дня никто не будет. У всех большие ожидания относительно того, как всё должно делаться, но он засучил рукава, — говорит Харальд Эстберг Амудсен. Томми Иверсен / NRK Пол Голберг, эксперт NRK по лыжным гонкам: — Думаю, его главное достоинство — любознательность. Хотя тренер должен давать советы, часто важно также задавать спортсменам вопросы. Почему они делают то, что делают. Это может дать спортсменам толчок к развитию и побуждать их постоянно искать способы стать лучше, — говорит Пол Голберг. Эйрик Фуре / NRK Эйрик Мюр Носсум, тренер сборной: — Онуnd уже хорошо включился в работу. После назначения весной ему потребовалось совсем немного времени, чтобы приступить к делу. Он старается придать должности свой характер и проявляет большую инициативу. — У него есть собственный опыт выступлений на довольно высоком уровне. Он интересуется техникой и хорошо в ней разбирается. Ему достанется немного дополнительной ответственности за спринтерскую часть спорта, — говорит Носсум. — Тссс! Туман стелется над верхушками деревьев, а несколько капель дождя оседают на оптическом прицеле винтовки. Хрустит ветка. — Тссс! — говорит Бюггланн и вдруг становится заметно более сосредоточенным и напряжённым. Неужели лось приближается? Он несколько минут сидит совершенно неподвижно и пристально смотрит на поляну внизу. — Нет, похоже, ничего, — говорит Бюггланн и быстро снова расслабляется. Так же спокойно он относится и к ожиданиям всей страны: для норвежцев, выступающих в лыжных гонках, зачастую приемлема только победа. И теперь за это отвечает он. — Конечно, от нас ждут побед во всём, но ведь именно ради этого мы все и тренировались. Наша цель — удержать эту позицию. То, что в тот октябрьский день лось так и не появился, большого значения не имело. По словам Бюггланна, с точки зрения главного события сезона — чемпионата мира по лыжным видам спорта в Фалуне — это даже может быть очень хорошим знаком. — Есть такая поговорка: «Неудача на охоте — удача на чемпионате мира», — говорит Бюггланн с хитрой улыбкой.